Вернулись с Холмов. Там было просто замечательно. Малолюдно, и всё в одном месте. В последних двух холмах больше, чем всё остальное, напрягали расстояния. Я всё время куда-то шла, или собиралась идти, или идти не хотелось, но нужно было что-то где-то далеко. (конечно, это состояние души, это я внутри себя хожу, пускай. Но материя тоже диктует; и к тому же растянутый на гектары огородик холмов не выдерживает, рвётся и их дыр поналезают непонятные люди и льют дожди).
И погода - кайф. Я варила кофе, хотя при многообразии тимуровского меню кофе пили мало. Но всё равно вкусно, и остальная еда была волшебная. И музыка - местами - да. (увы, уж не жду откровений, но были моменты, созвучные месту, времени, погоде, небу - те, ради чего всё и ощущалось _раньше_ - как что-то главное. Теперь нет.)
Глеб наконец-то дорос до приятнейшего момента, когда он уже самодостаточен вполне, находит, чем себя занять, не устаёт, не ноет, и в то же время - настоящий маленький мальчик. Хоть в кино снимай.
Хорошая идея - сдвинуть праздник жизни не по географии, а по времени. Тёплые спальники - и я без одежды согревалась и высыпалась лучше, чем летом.
Пьяных было мало, бухла вообще как-то меньше. Может, это, конечно, тоже в моей голове, но кажется, что так и было. Может, из-за непивной погоды и обилия лёгонького горячего глинтвейна, а малое количество водки быстро выветривалась на ветерку.
И вот этот ветер, листья, бесперебойный пчелиный улей кухни, и музыка рядом, и вино, и кофе.
А я, однако, окончательно разучилась общаться. Или учиться снова, что ли, или смотреть, как Стеша это делает за двоих.