Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

brevno

Полураспад Пелевина

Как известно, товарищ Пелевин уже давно фигачит по роману в год. Мы не знаем, почему так - может, надо деньги на новую почку, или он помогает малолетним азиатским проституткам, или ему кранты, если перестанет, а может, ему просто так нравится. Но у нас есть свой, букинистический взгляд на это дело - когда-то книги, горками стоящие на выкладке в новых книжных, оказываются в Эйдосе.
Период букинистического полураспада Пелевина, по нашим наблюдениям, составляет примерно год. Через год очередные страдания и просветления креаклов, олигархов и бездетных женщин унылой судьбы можно будет застать у нас по сходной цене - примерно в половину той, с которой Виктору Олеговичу идут (наверное) авторские. Залёживаться они не будут, как и предыдущие, вот сейчас, к примеру, в Эйдосе вообще ни пелевинки нет, хотя бывает что аж по дюжине стоит на полочке, но ненадолго.
Но Пелевин - случай уникальный. Коллективная симфония осеннего чтения его новых книг - давно часть культурного ландшафта, он, кажется, и вправду порождает действительность, отражая её, и делает это так хорошо, что его герои всё время хотят держать его книги на полках, и когда это прекратится - мы все заметим, ибо жизнь станет иной.
Немного другое дело с букинистическим полураспадом других популярных литературных деятелей. Период полураспада товарищей, претендующих одновременно на массовость и принадлежность к тру литературе - Сорокина, Толстой, Улицкой, Рубиной и некоторых др. - чаще всего короче, а их постпродажная судьба более извилистая. Если коротко, у нас они практически всегда в том или ином виде водятся; лидирует Рубина, задевающая такие струны в основном женских душ, что вопрос наших экономных покупателей "Рубина есть?" - самое обычное дело. (А Сорокина смотрят ищущие юноши, а Улицкая с ее постсоветско-еврейской печалью уже, кажется, всех достала, Веллер копится горой, ну и т.д.). Конечно, это всё далеко не всегда говорит о качестве самих текстов - скорее о соотношения тиража, надувания продажных пузырей и реального спроса - но забавно это наблюдать с нашей скромной колоколенки.
Ну и, конечно, совсем-совсем другое дело - полураспад массовой беллетристики, детективов, фантастики и прочей макулатуры. Там девальвация становится мгновенной и бескомпромиссной, и есть что-то кармически правильное, что бесконечное фэнтези, Донцова, Минаев, Робски и Собчак (эти давно, правда) валяются в тридцатирублёвых книжках, переползая в десятирублёвые и в бесплатные раздачи. Их авторы, может быть, до сих пор помнят вкус писательского успеха, штурмуют новые вершины, а вот же. Ибо нефиг.
Но Пелевин - уникум, конечно :)
brevno

Про встречу проекта Зерно с Борисом Куприяновым и Николаем СОлодниковым

Аня:

Две недели назад группа 30-летних владимирских интеллектуалов открыла дискуссионный проект "Зерно". Все участники проекта, каждый на свой лад, с младых ногтей (да, лет по десять уже), упорно пытаются превратить Владимир в "город для людей". Кажется, эта деятельность называется "социальной инженерией".
И вот теперь они запустили совместный проект, нацеленный, насколько я понимаю, на выяснение перспектив реформирования городской культурной сферы.
По форме это выглядит, как "встречи с интересными людьми". В первый раз интересным человеком был новый скандальный директор Владимиро-Суздальского музея-заповедника Игорь Конышев, утверждающий, что "музей должен меняться". В этот раз это были скандальные реформаторы библиотечного дела Борис Куприянов из Москвы и Николай Солодников из Петербурга.
Все трое в качестве примера успешного реформаторства приводили деятельность бывшего главы департамента культуры Москвы Сергея Капкова. Еще Борис Куприянов неоднократно ссылался на самую эффективную в мире реформу библиотечного дела, которую осуществила Надежда Крупская, а Николай Солодников поминал добрым словом Екатерину Гениеву ("хорошая библиотека - это много вина и интересных разговоров").
На вчерашнюю встречу, среди прочих, пришли по доброй воле и директриссы самых активных владимирских библиотек. Ну вы представляете - культурные дамы пришли к вождю краснокожих Куприянову :). И он возвращал их в реальность.
"Библиотеки - самая демократическая сеть страны, т.к. они единственные из учреждений культуры предоставляют населению услуги бесплатно. Их важнейшая миссия - социальная", - это был основной тезис Куприянова. Из этого тезиса вытекали разные спорные темы - бомжи, мигранты, инвалиды, пенсионеры (Солодников присовокупил сюда и гомосексуалистов, мог бы и политически неблагонадежных присовокупить, наверно, если бы времени хватило). "А если они не хотят в библиотеку?", - спрашивали библиотекари. - "Это потому что они вам не доверяют! - отвечали эксперты. - А вдруг вы полицию позовете, и у них начнут паспорта проверять?! Добивайтесь доверия!". "Самой эффективной реформой библиотек было бы все их закрыть, всех уволить, а потом открыть заново, с другими людьми", - пугал Куприянов. "Да я так натренировался, пока там сидел, что любую билиотекаршу могу за пять минут до слез довести!", - хвастался он. - А зачем? - спрашивала самая активная. - Чтобы в вас профессиональная гордость проснулась!", - отвечал он. "А у нас, между прочим, есть программа для мигрантов, они к нам целыми семьями приходят, мы с детьми домашние задания делаем!", - гордость в ней действительно проснулась. "Все вы так говорите!", - дружно парировали эксперты.
Короче, время пролетело незаметно. В последнюю минуту Солодников решил им отомстить: "Библиотека - это еще и место политических споров! Да что это такое - библиотеки вашего города отказали в проведении этой встречи с нами на своих площадках! Побоялись! Библиотекари должны быть отважными!"
Вот, думаю, катарсис остается главным методом успешной социальной инженерии в нашей стране. Такие садо-мазохистские дела.

Я:

Я тоже хотела написать про встречу, но Анька первая успела :)
На самом деле у встречи не было адресата. Говорить о важности чтения можно, но с кем будешь говорить, таков и будет разговор. С молодыми интеллектуалами? С родителями? С библиотекарями? С чиновниками? С пенсионерами? А тут был адресат непонятен, и, как выяснилось, спикерам болезненно и необязательно было говорить с библиотеками, и диалога не получилось. Ну и сказали бы - кого угодно, но только без библиотекарей... Но как же было их не позвать, раз уж Борис приехал? Я вот надеюсь всё время, что у таких событий должно быть будущее, чтоб потенциально проросло то самое "зерно", которое в названии... Но для этого - надо хотеть, приложить волю и целеполагание. Интересно, что об этом думают организаторы - кто хотеть-то будет? Предполагалось, что вот Борис Куприянов (Boris Kupriyanov) приедет (я больше понимаю про него, чем про Николая Солодникова) - и библиотекари принесут к нему запрос? предложат взаимодействие, позовут? Они бы, кстати, могли, я уверена - если бы сам формат и сам Борис к этому хотя бы слегка пригласил, ну жест, ну готовность. Да они бы просто не пришли, если бы интереса такого не было! Но если конструктивного разговора не предполагалось, даже наоборот, то о чём тогда разговор? Про книжки _вообще_? Это был бы дико интересный разговор, если б с любой конкретикой. Про лит. сайты, про разбор хороших кейсов книжных магазинов и библиотек (потом, когда травма заживёт), про лит.клубы, про книжные фестивали - про то, что нам интересно и про что можно было бы реальный разговор построить. Про что-нибудь хорошее и конкретное. Но... впрочем, знакомство - тоже очень хорошо. Так что конкретику будем разводить на Буфесте :)
Вообще, с обеих встреч Зерна я ухожу на самом деле со смешанными чувствами, но в целом очень довольная, ибо результат у них - для меня - есть. Так что давайте дальше. Кто приедет-то?
brevno

(no subject)

Вчера погрузилась в странный мир.
Прочитала про Дау Хржановского 1, 2, потом еще что-то, что нашла в сети. Вспомнилось, что даже до нас это могло докатиться - звали поменеджерить чего-то там. Если совсем кратко - человек построил практически реальную ролевую игру с сильным погружением, развёл в Харькове полный сюр, бред и паранойю, и теперь монтирует это в Лондоне. Сценарий писал Сорокин, поэтому фантазмы вполне понятные. Денег много. Все отмечают, что сама атмосфера съемок, точности погружения в мир 30-50-х (слегка альтернативный, но всё же) была самоценна, и это было ни с чем не сравнимо, хотя и токсично. Атмосфера ожидания расправы, доносов, арестов, проработок и обысков была воссоздана с большой любовью. И  приправлена фирменным сорокинским запашком дерьма.

И я вспомнила ещё одного человека, который говорил, что атмосфера, в которой создаются его произведения, для него сверхважна. Это Слава Полунин. Достала его книжку и остаток дня и полночи читала, смотрела. Лечилась.



И вот что думала примерно: есть люди, которые хотят и могут создать Нечто. Создать мир. Завести свою Игру, включить уйму народа, заразить, найти денег... и один тратит это всё на создание фантома безумия - исторически похожего, но на самом деле история это просто повод, безумия хочется реального, и преобладающая атмосфера в нём - скандал, все орут, бардак и текучка и сюр. А другой - создаёт мир, в котором хочется остаться. И тот и другой свободен, и тому и другому их мир так же важен, как и результат. И это всё воспроизводится и воспроизводится.... Поразительно.
brevno

Шалопаевка

Оригинал взят у kermek в Шалопаевка
Мама при поддержке наших властей (да) организовала удивительное и прекрасное действо - антикварный базарчик. Шалопаевкой он был назван в честь задворок главной улицы, на которых собственно все и происходит.
Что я могу сказать - по мне так это очень полезный и живой проект нужный городу, но так как про город как таковой я не очень писатель, то дальше буду говрить о себе.

Мне там уютно, во первых это единственное место, где я со своим именем *гомеопатическая доза самоиронии* чувствую себя гармонично, вы прикиньте - кругом значки, книги, монеты, статуэтки, самовары и бюсты Ленина и среди этого одна маленькая Степанида не так уж и выделяется :)
Во вторых, я сразу подружилась со всеми антикварами, которые пришли. Со всеми дядьками скупщиками-перекупщиками, коллекционерами из клубов и просто с народом который пришел со своим добром. Мне они нравятся, всегда нравились - такие замшелые, приятные люди. Первым делом я прохожу по рядам, заглядываю на все столы и расстеленные газетки, рассматриваю значки и денежки, смотрю кто что принес новое, что-то покупаю. Отхожу покурить к антикварам на угол. Я им нравлюсь тоже, наверное за то что живо интересуюсь, вежливо общаюсь, за то что всех милее всех румяней и белее, что не трудно в такой компании.
В третьих, именно на этом месте у меня куда-то исчез мой мрачный настрой "а не хуйней ли я страдаю?". Тут я точно знаю, что нет, не хуйней. Это очень интересно и приятно.

Кому интересно вот вк https://vk.com/shalopaevka
Ну и фоток держите:Collapse )
bochka

День Барсука

Я беседовала с Инкой про разное и одновременно черкала в блокноте. Пыталась вспомнить барсука, просто по памяти и не из мульта, что было непросто, учитывая, что я никогда не интересовалась барсуками, в глаза их не видела и на память могу пожаловаться давно, но некому. Но вот приспичило мне вырезать картонную куклу какого-нибудь нетипичного зверя, не кису и не собачку, почему бы не барсука. А тут Инка таки опознала зверя в моих почеркушках, и сказала что знает за барсука и может рассказать. По факту, это был тот самый опыт неписьменной мифологической передачи знания - без книжек, без гугола, не готовясь - вот что в памяти оказалось по поводу, то и передаётся тому, у кого по барсукам ноль в голове.

И был в таком изложении барсук зверем разных достоинств, миролюбцем и трудолюбивым хозяином, строителем сложной и опрятной норы, и никого никогда в жизни не трогал. На него охотятся люди, чтоб добыть ценный жир, нужный всяким чахоточным и ревматикам. А в лесу, в общем, никто его не обижает, кроме лисы. Лиса же вытесняет его из норы самым подлым образом - подкрадывается, и, пока барсук не видит, гадит прямо в нору. Барсук не выносит такого непотребства, и убирает за ней, а она опять, и когда чистюля барсук задалбывается убирать, то просто уходит строить новую нору, а она, довольная, занимает жилплощадь, ибо её собственная вонь ни капельки не смущает.

Вырисовывалась трагичная картина неправедности, обречённости и смирения.

Это всё было позавчера, а сегодня я решилась сама узнать за барсука... Два часа вперемешку читала сказки, байки и рассказы натуралистов. Особенно интересно было узнать за лису. Так вот, в натуралистической литературе, по крайней мере по верхним разысканиям в сети, мне не удалось найти описания тех непотребств, которые она творила - кроме ссылок на книгу Згуровской "Карадаг. Времена года". Вот байки на эту тему с пересказыванием сюжета - они есть. А в "серьёзном" описании жизни барсуков - нет... Ну то есть лиса может выжить барсука, но как-то проще - занимает часть норы и всё, но куда чаще барсук лисе задаёт трёпку, если они не уживаются в одной норе, тем более, что это его нора. А бывает, что и уживаются как-то, наверное, он ей объясняет, где что можно делать, где нельзя. Но вот так, чтоб лиса так целенаправленно и подло гадила, а он такой вздохнул и пошёл - не нашла.

Может быть, конечно, просто не нашла, и где-нибудь в дебрях Сабанеева подробно расписано подлое лисье решение квартвопроса. А может быть - этот сюжет с намеренным загаживанием территории просто ложится на что-то наше, глубинное. И тогда - вот они, сказки - живут себе, а не делают вид. Вот они, миленькие :)

Книги утраченных знаний

В Эйдосе много книжек, от которых мне грустно. В основном - это книжки о том, что мы теряем прямо на глазах.
Вообще, тему ностальгии нормально так экслуатируют писатели, компиляторы и издатели с тьмой воспоминаний, смакования нравов, одежд, кушаний, досугов. Но я о другом.

Вот, книжка: "Воздушные змеи", 1984 года издания.


Много схем и всяких полезных сведений для тех, кто увлекается. В моём детстве уже не было неба в змеях, как рассказывают те, у кого детство было до 60-х годов. Но всё время было ощущение, что это где-то рядом, просто все отвлеклись, а потом опять будут пускать змеев, как в книжках, как в воспоминаниях старших товарищей. Но отвлеклись слишком сильно... А в восьмидесятые - чем была эта книжка? Попыткой вернуть, опять ввести в моду, работа с кружками, знание ещё не было утрачено, я помню этих руководителей кружков, они могли сами построить что хочешь, опираясь на собственный мальчишеский опыт плюс техническое образование. Но сейчас этих руководителей кружков уж нет, остались их ученики, из тех, кто недостаточно бодр для бизнеса и недостаточно рукаст для собственного ремесла. Да и кружков поэтому нет, и некому научить мальчика пускать змея, объяснить, чем отличается конструкция, например, Коди-Сакконея, от конструкции Поттера... Утраченный вектор уличного народа к небу - змеи, голуби, планеры. Ну да, есть шары, и дельтапланы - а змеев нет. Жалко, что нет змеев.

А вот книжка, совсем другая: "Лингвистические задачи".



Книга для учащихся старших классов. 1983 год, редактор задач А.Зализняк, родной наш. Ну, тут уж у меня просто слов нет. Нормальные такие задачи, далеко не тривиальные. Могу представить себе студента-лингвиста, которому это будет интересно. Но школьникам старших классов? Тираж 180 тысяч? Суахили, китайский, санскрит, корейский, древнеславянский, и ещё куча языков - их структура, даваемая легко, интересно и - научно. Никакой Задорнов бы не пророс в голове ни у кого после этой книжки - но где они, эти школьники? И где они, такие книжки для нынешних учеников старших классов? Пусть там будет в три раза меньше, ещё в три раза пожёванней, пусть даже будут дурацкие картинки - почему это тогда было нормой, по крайней мере заявлялось как норма, а теперь даже нет и стремления?

Но - их покупают, такие книжки. И это само по себе радует - хоть кто-то, кто из ностальгии, кто для детей, крупинки тайного знания...

(no subject)

Пелевин - удивительный человек. Он умудрился сделать так, что ему платят за сам процесс мышления. Не за выводы, или образы, или слог, или научность - а именно за сам вот этот рефлексивно-интроспективный процесс. Восхищаюсь.

Про детские книги советские



В Советском Союзе детей любили искренне, без дураков. По поводу книг основное отличие от нынешнего времени было в том, что тогда детей не считали за поголовных дебилов, а всяко старались развивать. В советских детских научно-популярных книжках уйма информации. В переводе на нынешний манер - плотность выше раз в пять, если не больше. Ставились этические вопросы, в научных вопросах как-то держался контекст научности и проблематичности. Поглядишь на полку книг - страна вундеркиндов.



Основной омут, в который всё и рухнуло, был тот же, что и в других гуманитарных науках: смертельный разрыв между свободой познания и священной коровой лозунгов и догм, которые подросшим развитым деткам не разрешалось не то что подвергать сомнению - просто нормально обсуждать.  В итоге вместо обсуждения и выработки нормального отношения к динамике общества созрел хорошенький такой нарыв, который теми же умненькими детками в итоге вскрылся, и смыл нафиг и страну, в которой детей не считали за дебилов, и их самих... Самых развитых смыло, впрочем, в места пригожие, где развитость нормально оплачивается.

Кроме умных книг, конечно, была тьма книг, которые хорошо рифмовались с этими догмами, и хуже - с идеей познания. Точнее, идея познания там присутствовала, но всегда только в естественнонаучном смысле, а история и философия покорно иллюстрировали линию партии. В Эйдосе таких полно, мне их жалко, как странных детей из бывших хороших семей: хорошо изданных, неплохо написанных, с неплохими картинками, описывающих мир, которого и тогда-то не было, а теперь нет нигде и не будет никогда. Не столь талантливых, чтоб перепрыгнуть в новое время, не нужных никому, никакой ностальгии не хватит на то, чтоб читать эти квадратные пионерские разборки, младшие братья и сёстры производственных советских романов...



Иногда я думаю, что когда-нибудь они все кончатся, и последние из них могут станут основой для новой эзотерики. Детские пионерские мистерии - как звучит, а...

Это я всё по поводу того, что нынче день рождения Андерсена и день детской книги. Ну, с Андерсеном в советские времена было хорошо. С ним и сейчас неплохо, дофига его у нас - букинистов, если кому надо нынешнего именинника - дёшево, налетай :) Вот с рисунками Трауготов, например.

brevno

Инкин ответ краеведам-злопыхателям

Инна написала ответ ругателям и понесла её в местную_газету_Призыв, но там если напечатают - сократят.

А судьи — кто?

Ответ автора книги «Владимир. Исторический путеводитель по старому городу» на статью Валерия Скорбилина «Шедевр краеНЕведения» («Призыв» от 29 июня 2010 года).
 
Collapse )
brevno

Лёгкий способ

Стеша:

- Но лучшая книга, которую мог бы написать Аллен Карр, была бы "Лёгкий способ бросить мусорить на улице"